И вот видит он, сидит старик и пасет по песку сорок волов, и как раз сорок бочек воды у него стоит. «Почему ты, дедушка, здесь пасешь? — опрашивает у него Иван Медвежье Ушко. —Почему ты не гонишь вот в эту хорошую траву?»

—«Ох, молодой человек,-—-говорит старик. — В эту траву нельзя гнать. Там засел двенадцатиглавый змей и не велит в эту траву гонять скотину». — «Как так не велит? Скажи-ка ты своему барину, пусть он возьмет меня на неделю попасти его скотину».

Мужик встал и пошел доложить своему барину о новом пастухе. Иван Медвежье Ушко начал пасти. Первый день выгнал он волов прямо в траву. Змей видит, что пришел против него тот, который убил его трех братьев, и думает: «Лучше пускай по его воле».

Так и пропас Иван Медвежье Ушко целую неделю. Приходит он к барину и говорят: «Ну, и теперь я окончил у вас пасти. Надо мне взять у вас сорок волов. Но и беру только тридцать волов, а десять оставлю вам на развод. Надо мне еще взять сорок бочек воды, а я беру только тридцать бочек». Взял он это все и пошел к жар-птице.

Увидела его жар-птица и обрадовалась, что он все достал: «Ну, теперь, -говорит она,— можно лететь. Как я мотну головой вправо — давай мне вола, как мотну влево, так бросай бочку воды».

Уговорились они и полетели. Не долетели они до свету каких-нибудь трех саженей, как запасы все вышли. Дальше жар-птица не может лететь. А Иван Медвежье Ушко вспомнил, что у него в кармане есть перочинный нож, вытащил его и вырезал у себя икры у обеих ног, бросил ей в пасть. А жар-птица как проглотила эти два куска, сразу вылетела наверх.